Отзыв о спектакле "Валентин и Валентина", г. Барнаул, Молодежный театр Алтая

Валентин ± Валентина ≤ любовь?

«От любви к туманной поэтике, – До любви к бытовой математике. Если были мы теоретики, То теперь, – безусловно, практики» (А. Макаревич)

Личности, отягощенные познаниями в математике, без труда поймут смысл сего вопрошающего заголовка. Для тех, кто пребывает в счастливом неведении, разъясняю варианты ответов: о гармоничном союзе влюбленных не может быть и речи, ибо они слишком разные; Валентин с Валентиной гармонично сольются в порыве любви и никогда не разлучатся; пути влюбленных пересеклись на непродолжительное время.

Впрочем, это было всего лишь лирико-математическое вступление. Драматическая развязка еще далеко. В заголовке всего лишь заданы очевидные вопросы, которые живут, что называется, в верхних слоях атмосферы случившегося спектакля. Да, забегая вперед, отмечу, что спектакль определенно случился.

Эта история, точнее несколько параллельных и пересекающихся историй, практически не дают возможности оставаться равнодушным. Автор пьесы на пару с режиссером затрагивают разнообразные струны души, порой колют зрителя в самые ядра нервных клеток, а также заставляют мурашки бежать по связям мозговых нейронов с головокружительной скоростью.

Из-за описанных процессов и перенесенной психологической ретравматизации после просмотра спектакля в памяти осталось не так много, как хотелось бы критику. Однако, чисто по-человечески, некоторые чересчур реалистичные сцены действительно стоило бы вытеснить из памяти – по соображениям ментальной техники безопасности.

Такой была, например, кульминационная сцена с всеобщим срыванием «масок», «кораблекрушением» и обнажением внутренних конфликтов героев. Сложилось впечатление, что эта, почти «сакральная», сцена, которая должна была привести к очистительному катарсису, свалилась на уровень обычного скандала в коммуналке.

После просмотра спектакля у меня тоже так и не сложилось четкого понимания об отношениях заглавных героев. Порой казалось, что это чистая «химия», иногда появлялся налет невротической привязанности. Да, вероятно, отношения развивались по ходу пьесы. Но, то ли актеры, то ли персонажи создали так много суеты, что на фоне более четко очерченных историй других героев, влюбленные как-то размылись, посыпались, отошли на второй план.

Рассуждать о любви, писать на нее рецензии, взвешивать, разбирать на ингредиенты – неблагодарное дело, конечно.

В силу юношеского максимализма и гормонического фона, влюбленные не только начали испытывать проблемы с учебой, но и погрузились в непрерывную рефлексию: «Влюбленные не надоедают друг другу, потому что говорят только о себе».

В общем и целом, показалось, что оба героя все-таки не дозрели до «настоящей любви». Может быть, спектаклю не хватило времени – второй акт был не достаточно долгим.

Кажется, не хватило времени и на пламенный монолог чудаковатого соседа в костюме с бабочкой и с цветами. На мой взгляд, ему стоило выстроить линию периодических появлений на сцене в течение всего действа. Иначе совершенно непонятно, зачем он вышел, почему в его дверь стучали на протяжении спектакля, была ли это вообще его дверь? Он даже удивляется, мол, почему именно у меня решили спросить, что такое любовь?

Мне, как случайному прохожему, который оказался свидетелем событий, показанных в спектакле, потребовалось больше времени для того, чтобы сформулировать свои впечатления.

При просмотре драматических эпизодов у меня чаще рождалась ирония вместо эмпатии. По ощущениям, эта, вполне обычная и во многом бытовая история, подана с излишним драматизмом, особенно учитывая масштабы камерной сцены. Конечно, с точки зрения заглавных героев, эта ситуация может выглядеть даже трагично. Но ведь автор, режиссер и большинство зрители уже вышли из этого возраста и, хочется верить, находятся по ту сторону баррикад.

В силу большого количества акцентов на внутренних переживаниях героев и обилия вывернутых наизнанку душ, мне представляется практически невозможным ответить на заявленные в начале статьи вопросы.

Семен Отзывчивый